Ставрополь Пятница, 25 Сентября
Общество, 14.08.2015 11:54

На Ставрополье женщине, бросившей родного ребенка, отдали на усыновление приемного

На Ставрополье женщине, бросившей родного ребенка, отдали на усыновление приемного
Бывшие мужья требуют провести экспертизу на адекватность женщины и отобрать малыша. Шесть лет назад из-за побоев и постоянных унижений родная дочь сбежала от матери.

Правоохранительные органы Ставрополья возбудили сразу несколько уголовных дел по ситуации, которая произошла в Ессентуках. Из-за того, что в историю оказались вовлечены несовершеннолетние дети, редакция изменила имена участников.

В 2009 году в Ессентуках разыгралась целая драма. Приехавший чуть раньше из командировки Игорь стал случайным свидетелем того, как жена Елена избила родную 10-летнюю дочь Аню.

- А потом она вышвырнула девочку в подъезд, - вспоминает он, - Только из-за того, что ребенок пришел со двора не в 19.00, как обычно, а в 19.15. И пригрозила, что ночевать ей теперь придется в подъезде.

Игорь вышел из комнаты и отправился успокаивать дочь, увел ее на детскую площадку и там начал выспрашивать, что вообще произошло?

Оказалось, что это происходит далеко не в первый и даже не во второй раз. Такие избиения были регулярными. Когда глава семейства уезжал в командировку, мать принималась бить и унижать девочку. За любую провинность. А потом резко менялась и принималась просить прощения у ребенка. Игорь с удивлением узнал, что однажды Ирина привела дочь на кладбище в Ессентуках, и показала свежевырытую яму.

Она ей сказала: «Видишь? Я покончу с собой и буду лежать вот здесь, а ты будешь плакать и всю жизнь мучиться, что стала причиной моей смерти», - вспоминает Игорь. - Дочка поэтому никому ничего не рассказывала. Еще она говорила, что выбросится из окна, обещала перерезать себе вены, возьмет себе девочку из детдома с таким же именем. После всего этого я уговорил жену пойти к знакомому доктору в одном из санаториев. Он разговаривал с Еленой минут 40, а потом просто ошарашил меня: у жены пограничное состояние, начальная стадия шизофрении. Я предлагал ей лечиться. Она ни в какую.

Далее был развод, и суд определил место жительства ребенка с матерью в Ессентуках, при этом девочка могла приезжать к отцу в город Прохладный. Пять месяцев все было спокойно, а потом девочка вернулась к папе и категорически отказалась ехать к маме.

Елена, узнав, что ребенок не хочет возвращаться, вызвала полицию и заявила, что дочь у нее украли и удерживают силой. К Игорю в Прохладный приехал наряд полиции. Дочь вышла и сказала, что к матери не вернется.
Ане было уже почти 11 лет, а в этом возрасте ребенок может сам решать, с кем ему жить, - говорит Игорь.

Однако Елена не успокоилась и стала строчить заявления в опеку, о том, что ребенок на фото в соцсетях в грязном платьице, в полицию на то, что Игорь увидел ее на улице и избил. А вещи и игрушки дочери вернула только через полгода - поломанные и изрезанные на кусочки.

- Это был нескончаемый сериал, - говорит Игорь. - Аня в итоге позакрывала все свои странички в соцсетях, отправила мать в черный список и отказалась напрочь с ней общаться даже по телефону. Ни разу после того, как Аня уехала от матери, они больше не виделись.

После того, как Елена в очередной раз настрочила кляузу в органы опеки в Ессентуки по поводу невозвращения ей ребенка, на дом к Игорю приехала целая делегация во главе с сотрудниками органов опеки и психологом. Аня написала лично, что мать ее не раз унижала и избивала, и поэтому обратно она не вернется. После этого на все обращения Елены ей стали показывать это заявление, и Елена про девочку, казалось, вообще забыла.

Но через 4 месяца сама напомнила о себе. Она подала в суд на раздел гаража в Прохладном. Свои действия объяснила тем, что после суда свою долю хочет отдать Ане, мол, так она заботится о благосостоянии ребенка.

- Я вообще эту абсурдную идею не понял. - говорит Игорь. - Мы гараж то поделили, но я в ответ подал на алименты. Полгода она вообще их не платила. Но зато исправно засыпала меня кляузами. Тогда я обратился к приставам. Худо-бедно, ее заставили платить. Знаете сколько? 1 200 рублей!

В 2014-м Елена заново вышла замуж и загорелась идеей взять ребенка из детдома. Муж Вадим поддержал жену. Вместе ходили на курсы приемных родителей, собирали справки. Решили, что Елена сразу оформит все справки, а затем муж (процедура оформления проще, если первый из супругов, уже являясь усыновителем, даст согласие на усыновление вторым супругом). В органах опеки Ессентуков пара считалась стабильной, надежной.

- 2,6-летний Дима попал в детдом из неблагополучной семьи. - говорит Вадим. - нам сразу его отдали. Мы накупили игрушек, одежды, устроили малыша в садик. Я раньше знал, что у Лены есть ребенок от первого брака, но она рассказывала мне, что бывший муж — тиран и деспот, настроил доверчивую девочку против нее так, что дочь вообще общаться не хочет. Я не хотел бередить эту ее «рану», потому что она очень уж нервничала из-за вопросов.
Но однажды Вадим заметил, что ребенок боится присутствия жены. Сначала он не придал значения. А потом увидел «странности» - за пролитое молоко ребенку— наказание, за крошки на полу — угол, за неубранные игрушки - крик. В углу ребенок стоит, чуть сдвинулся — добавляется время стояния. Елена постоянно наказывала малыша, и при этом говорила, что она знает, как воспитывать ребенка, он же у нее не первый.

Однажды она швырнула ребенка на диван, как собачку, за шкирку. И я в ответ показал ей, что чувствует малыш — взял ее за плечи и так же бросил, - говорит Вадим. - Она вызвала полицию. Приехал наряд и она заявила, что я избил ее. Полицейские посмотрели: на ней ни царапины и уехали. В другой раз вызвала полицию, когда я сказал ей, что нельзя ребенка держать часами в углу. Полиция так же приезала, но даже не составила протокол. И так несколько раз, она просто измором заставила меня съехать с квартиры. Если честно, я привязался к мальчику, но она сказала, что я его больше не увижу.

Однажды в гости к Елене с малышом пришла подруга Валентина и увидела рыдающего малыша в углу у двери.

- Ребенок уже аж захлебывался, - вспоминает она. - Я уточнила у Лены: за что? Оказалось, Лену не устраивает, что мальчик играет несколькими игрушками сразу. В ее понимании он должен взять игрушку, поиграть, положить ее на место и только потом взять другую. В угол Диму поставили со словами: «стой и думай над своим поведением! И это для трехлетнего малыша! Когда я сказала ей это, мы поссорились. Больше мы не общались. Она вообще всех, кто мало мальски может противостоять, перестает пускать на порог.

Вадим последний раз видел малыша на день рождения, в июне. Приехал в детский сад с игрушкой, пообщался. После этого, по заявлению Елены, Вадима перестали пускать в детский сад. Воспитатели пояснили ему, что он алкоголик и деградирующая личность, он может нанести вред ребенку. Кстати, Вадим — преподаватель в техникуме и постоянно за рулем.

- Я подал заявление в органы опеки на порядок общения с ребенком, но мне сказали: она мать, а вы никто, даже если ребенок называет вас папой. Однажды я стоял смотрел за ним через ограду детского сада и увидел ссадину на голове. Я позвонил и спросил у Елены прямо, но она ответила, что ничего страшного, Дима ударился головой об стол. После этого внесла Вадима в черный список и дозвониться ей стало невозможно.

Вадим после этого случая обратился в опеку, в прокуратуру, в следственный комитет, к уполномоченной по правам ребенка. В общем, стал бить во все колокола. Спустя некоторое время стали приходить ответы: все надзорные органы, как один, отвечали, что «опека Ессентуков проверила условия проживания и не выявила никаких нарушений».

В отчаянии Вадим связался с прежним мужем Елены — Игорем. И только от него узнал, как Елена обращалась со своей родной дочерью. Оказывается, Игорь еще в 2014 году, когда узнал, что Елена собирается усыновлять ребенка, написал в органы опеки Ессентуков письмо о том, что Елена неуравновешенна, способна ударить или оскорбить ребенка. Но ему пришел ответ, что в списке усыновителей такой нет. Начальник органов опеки Ессентуков Олеся Шишкина и стоит горой за Елену.

- Мы никакого письма не получали, а ситуацию с Еленой я лично помню. Она, бедненькая, очень хотела вернуть дочь, но отец настроил девочку против матери. Потом она пришла к нам в опеку оформлять усыновление и конечно, мы поддержали ее. Все справки у нее в порядке, женщина она положительная и мать хорошая. А вот Вадим и Игорь наговаривают, потому что хотят ей отомстить.

И принялась расписывать, сколько грамот и кубков получил ребенок в детском саду. Почему-то в понимании чиновницы оказались на одной чаше весов показания нескольких взрослых людей о возможном жестоком обращении с ребенком, а на другой — горстка грамот из детского сада.

В понимании чиновников органов опеки Елена вполне подходящая мать.
Родительских прав она не лишена, бывший муж никаких заявлений в полицию о жестоком обращении к дочери не подавал, все справки у нее соответствуют, а насчет алиментов, - она сама вправе решать, сколько ей платить, и платить ли вообще, - ответила Олеся Шишкина на запросы Вадима.

Тем временем, буквально на днях прокуратура края начала более детальное расследование, и вопросов к Елене и органам опеки накопилось уже немало. Например, почему чиновники при усыновлении второго ребенка не обратили внимания на совсем не родственные взаимоотношения Елены с первой, родной дочерью, почему не пораспрашивали об этом Игоря, ведь в России детей, живущих с отцами при живой матери, по пальцам пересчитать. А как можно назвать тот факт, что Елена для усыновления предоставила справку о доходах в 65 тысяч рублей, а алименты родному ребенку платит в размере 1200 рублей?

Во всей этой истории есть еще материальная сторона. Елена, как мать второго ребенка (даже при наличии первого брошенного), имеет право на материнский капитал. И она на него действительно рассчитывает, так как уже строит планы о покупке новой квартиры. В «приданое» к усыновленному малышу попадает часть наследства от прежней семьи, так как его родная мать имела двоих детей и также должна была получить маткапитал, если бы не погибла. В итоге выходит около 700 тысяч рублей.

Сейчас идет следствие, многое еще предстоит выяснить. А Елена, когда поняла, что в отношении нее идет расследование, приняла свои меры.

- Она звонила мне с угрозами, обещала натравить на меня проверку, - говорит бывшая подруга Валентина.
- Мне она передала через знакомых, чтобы я не связывался с этим алкоголиком ( Вадимом ), иначе она на меня тоже напишет заявление. Я даже не понял, о чем будет заявление, и конечно, все данные, которые я писал ранее, в прокуратуре подтвердил, - говорит Игорь.

- В отношении меня она написала заявление о том, что я разглашаю ее тайну усыновления и надеется засадить меня за решетку, - говорит Вадим. - Хотя я обращался только в надзорные органы, чтобы проверили ее.


Новости на Блoкнoт-Ставрополь
опекаЕссентукипрокуратура
0
0

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое