Ставрополь Понедельник, 30 января
Общество, 30.11.2022 20:15

«Я боюсь, что дочь останется одна»: что чувствует мама, рано потерявшая родителей?

У каждой женщины своя история создания семьи. Мало кто знает, каково воспитывать ребенка, если ты выросла без родителей. «Блокнот» публикует монолог Екатерины Переверзевой, которая училась быть мамой в одиночку.

Беззаботное детство закончилось


Екатерина с мамой Антониной. Фото из личного архива

Я росла счастливым ребенком. Папа был начальником предприятия, мама ― инженером-проектировщиком.  Родилась в Зеленокумске в 7:30 утра 10 февраля. И сколько я себя помню в роли дочки, мама меня ласково будила в день рождения в 7:30 утра со словами: «Ты родилась, Катерок. С днем рождения», и вручала подарок.

Это, наверное, были самые трогательные и нежные минуты про нас с мамой. Только про нас. С тех пор я терпеть не могу, когда меня поздравляют раньше 7:30 утра. Вот эти все поздравления в полночь... Я родилась в 7:30 утра. Мама всегда это помнила. 


Екатерина с папой Анатолием. Фото из личного архива

Папа очень мало проводил со мной времени из-за тотальной загруженности на работе. Но, вот 31 декабря всегда был «моим» днем. Мама нас выпроваживала, чтобы мы не мешали ей готовить праздничный стол, и мы с папой долго гуляли по городу, много разговаривали, пели песни ― это было абсолютное счастье. 

А из ярких страшных воспоминаний: момент, когда мне сказали, что мои родители погибли и день их похорон. Не поверишь, мне было всего 10 лет но все это я помню в мельчайших подробностях, вплоть до ощущений, запахов и мыслей в моей голове.

Родители попали в автокатастрофу, возвращаясь из командировки. Я осталась одна со своим старшим братом. На смену заботливой маме, оладушкам на завтрак и дефицитным в то время сникерсам, которые мне покупал папа, пришли резкое безденежье, понимание, что никому не нужна.

Я попала под опеку своей тети. Тетушка совершила подвиг и приехала ради меня из Беларуси, оставив свою семью. Пробыла со мной она до 12 лет. Дальше жила со старшим братом. Помогали и крестные, но их любовь была из жалости, что и не скрывали. 

Еще, когда у тебя нет родителей, приходится жить по правилу «знай свое место». Привыкаешь быть удобной. Во-первых, я ― девочка очень умная с детства. Быстро поняла истину, что если не буду такой для взрослых, то останусь совсем одна в этой жизни. Я всем улыбалась, хорошо училась, не перечила, помогала. Из этого очень сложно вылезти. Только сейчас начала бунтовать против этой установки, а мне уже 37 лет.

После гибели родителей, почувствовала, насколько настороженно относятся к детям, ставшими сиротами. Когда стала подростком, мама лучшей подруги начала ограждать меня от нее. Считала, что раз я одна, то обязательно должна быть проституткой, наркоманкой, алкоголичкой и далее по списку. Мы продолжали дружить, и, вопреки ожиданиям взрослых, бунтовала она, а не я. Из этой ситуации я вынесла серьезный урок для своего материнства ― нельзя гиперопекать ребенка

Есть такая правильная, рабочая поговорка: «У самых строгих родителей самые лживые дети». Чем больше ты неадекватно ограничиваешь свободу ребенка, тем лучше он находит обходные пути, искуснее врет тебе, скармливая ту «правду», которую ты хочешь слышать. Заканчивается это все тем, что ребенок ведет совсем другую жизнь о которой ты, как мама, мало что знаешь. И это, я считаю, настоящий провал человека в должности родителя.

 «Блин, как я в это вляпалась?»

Я очень боялась быть мамой, долго оттягивала, ибо не знала, что из меня выйдет с таким бэкграундом. Родила Ярославу в 25 лет. До этой мысли росла долго. Да и раньше котята вызывали больше умиления, чем младенцы.


Екатерина Переверзева с маленькой дочерью. Фото из личного архива

Так как мамы не было, всю информацию черпала из книг. Ходила на курсы, за два дня до кесарева штудировала литературу о том, как заботиться о ребенке в первые дни. В реальности это в разы сложнее.

Сначала думаешь «Блин, как я в это вляпалась?», но на самом деле… Я помню это чувство, когда мне ее принесли. В тот день кесарили пять женщин, и из пятерых малышей я сразу узнала, где моя. Это, видимо, что-то «мамское». Когда прилив гормонов заканчивается, смотришь на дитя и думаешь: обычный ребенок, сморщенный…синий.

Первые три года ты выпадаешь из социума ― есть жизнь только младенца. Поход в магазин в одиночку тогда ― просто праздник. Как бы ты ни была привязана к ребенку, находиться с ним 24/7 сложно. До сих пор помню, когда одну отпустили в супермаркет за детским питанием. И мамашки в таких местах сразу заметны ― они обычно стоят и чисто на автомате укачивают тележку.

Родительство ― многогранная профессия. До определенного возраста ты и слуга, и учитель, и кормилец. А потом ты можешь помочь плечом, поддержкой. Этого мне не хватает. За все свои поступки, я всю жизнь отвечаю сама. 

Еще я поняла, быть матерью ― согласиться, что отныне половина твоего сердца будет разгуливать сама по себе. Но ты всегда на стреме, здесь тоже важен баланс. Важно и вовлекать отцов в процесс воспитания. Иначе муж просто не поймет, почему ты такая злая, взлохмаченная и невыспавшаяся. Важно делегировать обязанности и учиться принимать помощь, если это непривычно. Первый муж в младенчестве очень помогал, в этом плане были партнерские отношения, но брак оказался неудачным. Я уходила с ребенком на руках в пустоту. Было очень страшно. 

― Бывает чувство вины?

Оно перманентное, я из него не вылезаю. У меня такой характер, я тревожная. Плюс синдром отличницы. В плане материнства я уделяю дочери недостаточно времени. Я ухожу на работу, когда она еще спит, а прихожу ― когда она уже уснула. Понимаешь, я захожу к ней в комнату, глажу ее спящую по голове и ухожу. На смене я даже не могу ответить на звонок. Это меня убивает.


Дочь Ярослава. Фото из личного архива

Яся подросток и я ей нужна. Я терплю ее, когда она «неудобная», какой бы она ни была колючей. Я своей дочке пытаюсь постоянно говорить, что люблю ее, ибо мне этого после смерти родителей никто не говорил.

Она очень вредная, часто обманывает, плюс я ее сравниваю с собой, а это неправильно. Я помню себя, и мы похожи на 70%. Есть дебильная уверенность, что она чего-то не сможет, потому поручаю ей достаточно мало вещей. Мне это в себе не нравится и я работаю над этим.

― Тогда в каком случае ты можешь сказать себе: «Вау, да я крутая мама»?

Когда даю ей право выбора, свободу.

Меня били ― человеком вырос

Образ матери срисовала сразу с мамы и папы. Мама была неидеальной, ее многие не любили. Она была безумно доброй, но очень темпераментной. Могла в ссоре с папой разбить сервиз из Финляндии, который стоил три ее зарплаты, а потом плакать над осколками. 


Екатерина с мамой. Одно из последних фото перед аварией. Из личного архива

Мама меня била, сильно. Но как ни странно, мне это не нанесло никакой психологической травмы. Я знала ее характер. Она могла долбануть так, что у меня был синяк, но уже через пять минут летела ко мне с извинениями. Я же на свою дочь ору, это тоже минус. Потом бывает стыдно, когда отпускает ― извиняюсь. Мы с Ясей проговариваем все. Мама была вспыльчивой, я это запомнила. И я так не хочу.

Насчет «Меня били ― человеком вырос» и как я к этому отношусь. Эти слова ― защитная реакция. Есть два типа людей: кто впадает в позицию жертвы «я такой, потому что меня в детстве били» и те, кто берет ответственность за свою жизнь и поступки на себя, оправдывая тем самым насилие над собой. А бьют детей родители от слабости, беспомощности, отчаяния, когда аргументы закончились и ресурса нет прекратить, допустим, истерику ребенка по-другому, словами через рот. 

Вариант второй ― про агрессию и самоутверждение сильного над более слабым и беспомощным. Насилие никогда не норма. Никакое. Ни физическое, ни психологическое. 

Возвращаясь к воспоминаниям. У моей мамы были духи. Все надеялась, что найду их. Одно время очень любила «Pur blanca». Этот парфюм пах мамой для меня, хотя у нее был совсем другой флакончик. Когда выросла, нашла духи, которыми она пользовалась. Их было сложно добыть ― продавались из коллекции в Москве и продавец ни в какую не хотела мне их отправлять. Пришлось действовать через подругу. И, когда я открыла эту посылку, знаешь, я была как главная героиня фильма «Амели» с посылочкой из детства. У меня потекли слезы, муж ничего не понял, а мне пахнет мамой. Мурашки до сих пор.

Вот папу любили все. Я таких людей больше не встречала. Мой педагогический пример ― это собирательный образ моих самых близких людей: мамы, папы и родной тети. 

В каждом из моих близких было качество, которое очень повлияло на меня в детстве и я искренне считаю это важным в воспитании своего ребенка. Мама ― это абсолютная защита, забота, ласка. Папа ― полное доверие, способность выслушать любую проблему без осуждения и обесценивания. Тетя ― право выбора, важность налаживания коммуникации с социумом, доброта и милосердие. 


Екатерина с Ярославой. Фото из личного архива

А еще один идеал ― Муми-мама из сказки про Муми-троллей. Мама, которой я хотела бы быть, но такой дзен я никогда не постигну. Она невероятно крутая, умудряется держать баланс в плане доверия, предоставления свободы ребенку, соблюдения его личных границ и в тоже время заботы. Типа: твори, что хочешь ― я рядом и поддержу любое твое решение. Это, на мой взгляд, похлеще любого Макаренко.

― Ребенок обязан быть благодарным?

Если включить мозги, а не сердце, то ребенок никогда не сможет отплатить тебе этот «долг». Женщина дарит жизнь и как это можно покрыть? Да и решение о появлении человека на свет принимает родитель, и он несет за это ответственность. Благодарность должна быть, но в разумной мере.

― Яжматери. Они существуют или это просто травля женщин, у которых есть дети?

Такая категория, к сожалению есть. Для этих женщин единственный подвиг ― тот факт, что она родила ребенка. Деторождение ― сложный процесс, но это же не диссертацию защитить.

Есть женщины, которые возводят это в апогей. На своей работе я встречаю мамочек, которые не контролируют своих детей, когда они начинают разбрасывать мусорки, ляпать зеркала руками. И мне приходится просто грустно смотреть на это и представлять, как все это буду убирать, чинить. Есть матери, которые сразу делают замечания детям и успокаивают их. Женщины здесь делятся на фифти-фифти. Неприятно, что под этот термин попадают совершенно нормальные мамы. Отдельная группа может дискредитировать всех.


Екатерина с мужем Павлом, дочерью и любимым коржиком

― Твой главный страх?

Я боюсь, что дочь останется одна, про это часто думаю. Я пережила и переживаю до сих пор, что такое быть сиротой, и самое мое главное желание ― чтобы с моим ребенком это не случилось, и я была у нее настолько долго, насколько это понадобится. Чужие дети не нужны никому, и я это поняла как никто. У нас с братом, несмотря на сложные отношения в прошлом, есть договоренность: если со мной что-нибудь случится ― он воспитывает моих детей, если с ним ― я его.

― Если бы твои родители были живы, что тебе хотелось бы им сказать?

Я разговариваю с мамой и папой, как это ни звучало бы странно. Сказала бы, что очень люблю, мне их не хватает. И это не проходит с возрастом.

Лариса Тульчанская

Фото: личный архив Екатерины Переверзевой


Новости на Блoкнoт-Ставрополь

Столкнулся с бедой, а власти не помогают? Заснял что-то необычное? Есть чем поделиться? Или хочешь разместить рекламу на наших площадках?

ПРИСЛАТЬ НОВОСТЬ

Ставропольродительствоматеринствомонолог
1
0
s4